Ричард Линклейтер



Американец Ричард Линклейтер — яркий представитель поколения режиссеров, которые начинали в 1990-е с минимумом бюджета и огромной ставкой на собственный талант.
 
Ричард Линклейтер принадлежит к тому поколению американского независимого кино, которое критик Брайан Прайс назвал эрой Рика Шмидта, чья книга «Как снять художественный фильм по цене подержанного автомобиля» 1989 года вдохновила Спайка Ли и Стивена Содерберга, Квентина Тарантино и Роберта Родригеса (Искусство кино)
 
Спайк Ли, Квентин Тарантино, Роберт Родригес — все эти синефилы, воспитанные на кино Скорсезе и Де Пальмы — уже произвели свою революцию в кино, став классиками, а Линклейтер при этом пошел дальше и сделал в своем роде куда больше на уровне формы и стиля. Он отошел от цитирования и постмодернистской игры в смыслы, создав в своих фильмах совершенно уникальную атмосферу: его работы исключают драйв, в них не найти скорости, жанровых переломов и экспериментов с техническими деталями.
 
Однако в них есть своя философия: Линклейтера с самых первых его работ интересует идея, план эмоционального, бессобытийного, того, что как правило остается за кадром в самом лучшем голливудском сюжете.
 
Я думаю, что есть два типа кинематографистов — те, у которых были свои маленькие 8-миллиметровые камеры и поезда, чтобы поджигать и взрывать их, а есть те, кто много читал и ходил в кинотеатр и еще, возможно, занимался философией….
 
Под кайфом и в смятении
 
Первыми работами Ричарда стали короткометражки, которые он снимал в родном Техасе, будучи одним из основателей Ассоциации кино в Остине. В остальное время он много читал и зарабатывал деньги на нефтяной вышке, чтобы потом потратить их с умом на важное дело — кино.
 
Я смотрел по три, четыре фильма в день, запоем. Я чувствовал, что мне открылся целый мир - и я не мог остановиться впитывать его в себя!
 
Его дебютная лента “Невозможно научиться пахать, читая книги” заявила о режиссере как о довольно оригинальном философе (недаром Ричард перечитал всего Толстого и даже собирался посвятить ему свои труды и дни), а вторая — “Халявщик” — и вовсе заставила говорить о Линклейтере как о режиссере-новаторе, который в век невероятных темпов и культа всеобщей занятости превозносит ничегонеделанье и делает из него тему для своего фильма.
 
Он снял "Халявщика" летом 1989 года за 23 тысячи долларов.
 
Я думал, что мы покажем его на парочке фестивалей и выпустим фильм на VHS. Вместо этого фильм попал в национальный прокат.
 
В 1991 году американская поп-культура находилась в процессе переосмысления себя. Дуглас Коупленд только что опубликовал роман «Поколение X», рассказывающий о новом поколении. «Нирвана» выпустила «Nevermind». И "Халявщик" стал кинематографическим воплощением этого этоса, фильм превзошел более чем в пятьдесят раз свой крошечный бюджет. Линклейтера назвали голосом поколения, хотя поколение не принадлежало ему: к тому времени ему было за тридцать.
 
Мечтание — это продуктивная деятельность. Вот откуда вы берете свои идеи? Работа в течение целого дня многое в вас убивает. Кроме того, речь идет о визуализации вашего идеального мира, как того мира, в котором вы живете, в котором вы хотите тусоваться, заниматься чем-то...
 
Связь между праздностью и культурой, отсутствием постоянного “дела” и творчеством —  идея, которую Линклейтер достаточно четко сформулировал и которой остался верен на протяжении всего своего творчества (а это без малого 20 картин).
 
Его ранние герои напоминают его самого, бросившего учёбу и алчно впитывающего в себя жизнь вокруг. Они именно что тусовщики, молодые, яркие, не лишенные жизненного цинизма парни и девушки, которые выбирают путь болтунов и созерцателей, нежели активных деятелей и предприимчивых бизнесменов.
 
Таков, например, мир студентов колледжа в одной из самых популярных картин Линклейтера 1990-х годов “Под кайфом и в смятении”. Он показывает буквально один день из жизни учащиеся старших классов, которые активно стремятся к праздной жизни, но с разной степенью осмысленности. Главный герой Рэндалл (Джейсон Лондон) — звездный квотербек школы, который отказывается от жесткого и на его взгляд бессмысленного требования тренера подписать контракт, обещающий держаться подальше от своих безумных друзей — это оказывается важным актом сопротивления. Параллельно учитель отпускает свой класс на лето, а подростки встают и уходят, игнорируя ее напоминание о том, что празднование двухсотлетия, в котором они, без сомнения, примут участие, является не чем иным, как празднованием группы богатых белых мужчин, которые однажды отказались платить налоги.
 
Погоня за праздной жизнью здесь не имеет искупительной политической ценности; скорее, Линклейтер показывает, как подростки стремятся только к удовольствию, не понимая, что они вовлечены в социальные и политические игры.
 
В “Ньютонах” (1998), в этой попытке Линклейтера создать большую студийную картину, его четверка молодых грабителей пытается утвердить свое право на свободу от репрессивных социальных структур и эксплуатации их труда. Фильм основан на реальной истории братьев Ньютон, группы бедных, добродушных парней из западного Техаса. В 1920-х годах они начали грабить банки, понимая, что банкиры и страховые группы, в конце концов, настоящие воры!
 
Мне всегда нравилась логика преступников, в этом они кажутся похожими на художников. Вы говорите об аутсайдерах, о том, как они справляются с этим и как они оправдывают то, что они делают. Я к этому нормально отношусь… вы себе не представляете, что мне приходилось делать, чтобы снять свой первый фильм!
 
“Ньютоны” — просто продолжение галереи его более ранних бездельников, только по мнению Линклейтера, они экстраверты. Их воровство, так же как и существование бездельников в “Халявщике” или “Под кайфом и в смятении”, выполняет важную социальную функцию, поскольку они отказываются от  любых социальных соглашений.
 
И то, что Линклейтер связывает преступность как силу социального освобождения с ролью художника — крайне важно для понимания его следующих работ.
 
Например, “Окрестности” или “Берни” (где локус - окраины больших городов, захолустье, маленькая провинция), в которых главные герои — лузеры, хейтеры и мягко говоря недотепы. “Берни”, снятый по реальным событиям, которые случились в штате Техас в наше время, и вовсе был назван лучшим и самым успешным фильмом Линклейтера.
 
Это лучшее и самое сложное произведение из того, что сделал сценарист и режиссер Ричард Линклейтер. Учитывая, что он был создателем “Под кайфом и в смятении”, “Берни” — это своего рода веха. (Los Angeles Times)
 
Фабула фильма проста: гробовщик и любимчик местных жителей Берни Тид попадается на “крючок” любви требовательной и несколько психопатичной вдовушке, с которой он не придумал сделать ничего лучше, как убить. При молчаливом, а затем и весьма себе красноречивом одобрении большинства местных жителей.
 
Сценарий настолько хорош, что юмор не может быть сведен к простой сатире; целое сообщество начинает говорить через фильм, и ему есть, что сказать. На самом деле, трудно вспомнить о других событиях американской жизни в маленьких городках, которые были бы такими же богатыми, теплыми и сложными, по крайней мере, в последние годы (Film Comment)
 
Главную роль в фильме сыграл Джо Блэк, тот самый любимый голливудскими комедиографами актер, в котором Линклейтер смог разглядеть если не двойное дно, то сложность поистине гамлетовского масштаба.
 
Мне пришлось забыть о том, что я знал о Блэке до этого фильма. Он создал своего героя из воздуха, это совершенно не похоже на то, что он делал ранее — и его роль доказывает, что актер может стать магом, если для него подобрана правильная роль (Chicago Sun Times).
 
Берни потому и любим многими, что умеет увидеть в пустоте и обыденности жизни крохотного заштатного городишки красоту, подобно художнику и мечтателю.  И в этом своем амплуа он, безусловно, один из самых ярких и самых оригинальных героев Линклейтера.
 
Трилогия: Перед рассветом, закатом и полуночью
 
Впрочем, не только праздные и ничем себя не обременяющие молодые люди становились героями режиссера. В 1995 году он приступает к разработке трилогии про двух обычных людей, мужчину и женщину, которые случайным образом пересекаются во времени и пространстве, становясь постепенно близкими и родными. Трилогия снималась 18 лет: между первой и третьей частями прошло ровно столько времени, сколько требуется по сценарию. Актеры росли вместе с Линклейтером, у них появились дети и сами они в значительной мере выступили соавторами фильмов.
 
В первом фильме «Перед рассветом» (1995) студенты, роли которых играют Итан Хоук и Жюли Дельпи, встречаются в поезде, который идет в Париж, но выходят раньше и проводят романтическую ночь в Вене. Их отношения, казалось бы, никак не развиваются: режиссер заканчивает историю там, где она по идее должна была получить свое драматическое развитие. Хоук и Дельпи много вспоминали, что снятая с почти что документальной точностью и импровизационной легкостью, картина была самой что ни на есть постановочной.
 
У нас были новые актеры, и им было сложно. Им понравились прошлые фильмы, но они были уверены, что мы всё импровизировали. А при этом у них было всего три недели на подготовку (Итан Хоук)
 
Хотя с сюжетом у нее в строгом смысле слова были проблемы: Линклейтер ставил перед собой цель уловить настроение города, зарождение любви, вкус ночи — и в этом сюжетная часть была для него не самой главной.
 
В той самой трилогии, которая сделала его имя культовым среди поклонников инди-фильмов: «Перед рассветом», «Перед закатом», «Перед полуночью», – сюжета в привычном смысле слова не сыскать. (Искусство кино)
 
Интересно, что за режиссуру первого фильма Линклейтер был удостоен призом Берлинского кинофестиваля — и с 1995 года он стал постоянным “резидентом” Берлинале, представляя там премьеры своих лент — как трилогии, так и нашумевшего в 2014 году и получившего “Серебряного медведя” “Отрочества”.
 
Продолжением истории случайной встречи стала вторая часть «Перед закатом», где те же персонажи, Джесси и Селин, встречаются спустя девять лет и уже в Париже, а не в Вене. Наконец, последняя часть “Перед полуночью” появилась тогда, когда у героев уже подросли их дети.
 
Ричард Линклейтер, Хоук и  Дельпи хотели показать один обычный день из жизни Джесси и Селин: вот кто-то из них забирает детей, кто-то занят делами, и только ближе к вечеру они остаются одни и предоставлены сами себе — что в целом оправдывает название фильма "Перед полуночью"
 
Очень сложно снять такой теплый, забавный, невероятно правдивый фильм о любовниках, которые пытаются остаться партнерами. (The New York Post)
 
С трилогией связана очень личная история Линклейтера. Картина “Перед полуночью” посвящена памяти Эми Лерхаупт, женщине, которая вдохновила Линклейтера на создание первой ленты трилогии. Режиссер провел с ней ночь в Филадельфии, гуляя и разговаривая. Это было в 1989 году. Потому они общались по телефону, а затем и вовсе потеряли связь друг с другом. Линклейтер надеялся, что на премьеру его картины "Перед рассветом" Эми непременно придет и найдет его. Однако этого так и не случилось. В 2004 году Линклейтер снял  продолжение "Перед закатом" — и по-прежнему надеялся получить весточку от Эми. В 2010 году подруга Эми связалась с Линклейтером и рассказала ему, что Эми погибла в автокатастрофе незадолго до того, как он начал работу над первой частью трилогии. Линклейтер был уничтожен новостью, однако нашел в себе силы снять последнюю часть.
 
В своих тщательно выстроенных «импровизациях» Линклейтер не увлекается ни ручными камерами, ни драматическими столкновениями, разворачивающимися перед глазами зрителя. Это мир, в котором властвуют не страсти, а чувства, что остаются под контролем разума. Это мир гармоничный, уравновешенный, ясный. В этом смысле показательно, что действие последнего фильма трилогии «Перед полуночью», где впервые демоны страстей, обид и усталость от семейной жизни грозят выйти из-под контроля рацио, разворачивается в Греции, в пространстве, где каждый камень буквально напоминает об античности. (Искусство кино)
 
Отрочество
 
Не только свою знаменитую и номинированную на многие награды трилогию Линклейтер снимал в течение длительного времени. Эта “фишка” режиссера повторилась и с еще одним, очень личным его проектом, получившим название “Отрочество”, которое Ричард представил на Берлинале в 2014 году.
 
Новый фильм подчеркнуто «американский» и по месту действия, и по способу повествования, и отчасти по героям. Среди персонажей кроме ветерана, воевавшего в Ираке, появляются белый южанин (типичный WASP), возмущенный тем, что ему предлагают голосовать за Барака Обаму, и пожилые обитатели ранчо, повернутые каждый на своем: жена – на богоугодном деле распространения Библии, муж – на оружии и меткой стрельбе. (Искусство кино)
 
«Отрочество» снималось с 2002-го по 2014-й каждый год по три-четыре дня. При этом главных героев – Оливию, двух ее детей и бывшего мужа – все это время исполняют одни и те же актеры. На глазах у зрителей за два часа происходит настоящее превращение: главный герой из шестилетнего малыша вырастает в первокурсника колледжа, его родители стареют, перестают быть импульсивными и инфантильными, обрастают хозяйством, разводятся, женятся… Жизнь, как она есть, будто бы в документальных кадрах, проходит на экране в преломлении взгляда внимательной камеры Линклейтера, который на этот раз отказывается от эстетики жесткого подросткового независимого кино (достаточно вспомнить “Деток”, который долгое время был образцом американского инди-попа про тинейджеров).
 
Режиссер фиксирует не бунт и не внешние его проявления, а то, что называется “течением жизни”, в том самом толстовском понимании: надежды, мечты, ссоры, радости, моменты счастья и драмы. Его герой постепенно, будто бы воплощенный персонаж русской классики, обретает себя. И фильм из наблюдения и фиксации мелких деталей и памяти становится своего рода романом-становлением, романом-воспитанием, взрослением.
 
Характерно, что в «Отрочестве» житейские драмы – необходимость переезда, расставание с друзьями или потрясение Мейсона, что папа продал старый автомобиль, которому сто лет в обед и который он давным-давно (так давно, что и не помнит) обещал сыну в качестве подарка на шестнадцать лет, – оказываются преходящими. Почти в любой такой драме обнаруживается комический оттенок. Иначе говоря, в «Отрочестве» ткань повествования складывается как цепочка «сюжетов для небольшого рассказа». При этом «небольшие рассказы» укладываются в фильм, длящийся два с половиной часа. (Искусство Кино)
 
Куда ты пропала, Бернадетт?
 
Особая атмосфера на съемочных площадках и свойства режиссера быть философом, а не дельцом, привлекает к нему своих, особенных же актеров. Так, Хоук сыграл почти во всех фильмах Линклейтера, так же как и Патрисия Аркетт.
 
А в очередной премьере августа 2019 года должна появиться очень избирательная и требовательная Кейт Бланшетт и Билли Крудап. “Куда ты пропала, Бернадетт” — лента, снятая по мотивам романа Марии Семпл. Для Линклейтера это редкость, работа над экранизациями, однако и они всегда обретают узнаваемый режиссерский оттенок.
 
Мы с Марией Семпл сошлись во мнении, что Рику в его сценарии на удивление точно удалось передать и комичные, и серьезные моменты (Кейт Бланшетт)
 
В последнем своем интервью Бланшетт говорит о том, что она согласилась сняться у Линклейтера сразу же, еще тогда, когда сценарий находился в разработке, а права на экранизацию еще не были получены, потому что его работы созвучны ее видению — когда актриса воплощает героиню и полностью исчезает в выдуманном мире режиссера.
 
Книга захватила меня, я насмеялась от души во время чтения (Кейт Бланшетт).
Кейт утверждает, что “Бернадетт” — ее последняя роль в кино, после которой она хотела бы остановиться. Женщина, которая ненавидит себя, людей, не выходит из дома и в один прекрасный момент исчезает — роль, которая требовала самоотверженности и самоотрицания. К которому Бланшетт (принимая во внимание творческие планы уйти из кинематографа и сконцентрироваться на театре, а может быть, и просто на чтении и отдыхе) стремится как никогда.
 
Критики уже успели поставить свои оценки последней картине Линклейтера: многие из них негодуют по поводу того, что отличный актерский ансамбль и прекрасный сценарий как-то не подошли друг другу. Кто-то уже написал, что это худшее творение Ричарда, кто-то согласился с тем, что режиссер замахнулся не на свою тему.
 
Время покажет, что будет дальше — пока же Линклейтер соглашается только с самим собой, утверждая, что “ничто не может выбить его из седла”:
 
У меня всегда в запасе имеется довольно много фильмов, которые я хочу и могу снять