Йоргос Лантимос



Греческий режиссер, сценарист и актер Йоргос Лантимос, совсем не новичок в художественном кино, на мировые экраны вышел довольно зрелым мастером в 2015 году: до этого он был известен любителям кино по нескольким работам — “Кинетта”, “Клык”, “Альпы” , однако же только в созданной совместно с лучшими европейскими актерами картине “Лобстер” грек смог достичь необходимого градуса абсурда, характерного для его фильмов 2000-х годов, и художественной ясности.
 
Греческий период
 
Карьера Йоргоса Лантимоса началась в 1990-е, когда после выпуска из Афинского университета, он начал работать в театре и на телевидении. Спустя некоторое время талантливый режиссер попробовал себя в музыкальном кино и рекламе: до сих пор Йоргоса и его друга, Тимиоса Бакатакиса, можно увидеть в титрах к клипам мировых знаменитостей.
 
Молодые режиссеры осознали, что помощи ждать неоткуда. Раньше денег было ничтожно мало, теперь их вообще нет, но они жаждут делать фильмы во что бы то ни стало. Помогают друзья и единомышленники, которые бесплатно играют, бесплатно пускают снимать у себя дома и так далее. Мы выручаем друг друга, и благодаря этому греческие фильмы продолжают выходить.
 
Режиссерский дебют в художественном полнометражном кино случился уже в середине 2000-х годов. Лантимос вместе со своим учителем, Лакисом Лазопулосом, снял фильм “Мой лучший друг”. Затем появился экспериментальный “Кинетта”, премьера которого состоялась на кинофестивале в Торонто. И “Клык”, получивший в 2009 году в Каннах “Золотую ветвь” в номинации “Особый взгляд”.
 
Кстати, “Клык” был в числе номинантов на Оскара как лучший фильм на иностранном языке: для молодого Лантимоса это было не просто прорывом — это открыло дверь в мировой кинематограф, разрешив греку с очень сложным визуальным языком и необычным мировоззрением выйти за пределы национального кино.
 
Полагаю, человеку в принципе свойственно стремиться к тоталитаризму, хотя не факт, что такова суть его натуры.
 
“Клык” был снят во многом с привлечением непрофессиональных актеров по сценарию Йоргоса, который рассматривал (подобно Озону или Триеру) влияние утопии на человека. Его герои — греческая семья, живущая на окраине города, выстроившая огромную стену между внутренним двором и внешним миром, воспитывающая своих детей по одним только им ведомым законам.
 
Актеров нужно сбивать с толку. Я работаю одновременно с профессиональными и непрофессиональными актерами, они никогда не знают, чего ждать друг от друга, и в силу этого больше концентрируются и точнее реагируют. Ровно по той же причине я стараюсь давать им как можно меньше информации, не обсуждаю сценарий и не отвечаю на вопросы. Им и самим гораздо интереснее взаимодействовать, а не просто следовать заранее прописанным инструкциям. Главное — подобрать нужных людей, на это уходит больше всего времени. В сценарии мы обычно не описываем персонажей — ни внешность, ни возраст, - а просто ищем подходящих исполнителей, подчиняясь прежде всего инстинкту, и потом смотрим, какие отношения складываются у людей между собой, какое напряжение между ними создается. В итоге выходит гораздо естественнее и ближе к реальности. Я стараюсь ввести в фильм реальные обстоятельства, не стремясь при этом к реализму.
 
Разумеется, стена должна пасть, а утопия — разрушиться, естественно, что в кульминации конфликта будет столкновение персонажей с реальной жизнью, к которой они оказываются не приспособленными и не готовыми. Однако на протяжении 75 минут до кульминации Лантимос предлагает зрителю довольно сложное и неприятное зрелище.
 
Мы пытались сделать эту жуткую и смешную историю красивой, вопреки внутреннему уродству.
 
Лобстер
 
Первым англоязычным фильмом Лантимоса стал “Лобстер”, для которого он выбрал блестящую актерскую команду, но оставил своего постоянного оператора Тимиоса Бакатакиса (который впервые начал работать с ним еще в “Кинетте”) и себя в качестве сценариста.
 
Бакатакис изменил свой стиль (под задачи проекта): он стал больше импровизировать, снимал фильм, используя Arri Alexa и объективы Panavision, почти исключительно при естественном освещении. Это создавало определенную ауру: “Лобстер” не отстраняется от зрителя, но буквально проникает под кожу… Именно благодаря работе “неоценимого союзника” Лантимоса, как его прозвали критики, происходящее на экране приобретает абсурдность и натуралистичность одновременно:
 
Тщательно выверенные изображения и сцены ... порой рождают странное ощущение вглядывания в вольер зоопарка, чтобы лучше изучать привычки спаривания смутно знакомых и откровенно нелепых видов (Los Angeles Times)
 
Действительно, “Лобстер” — утопия, рассказ про одиночество, как нехарактерное и даже “ненормальное” состояние социального животного, имя которому “человек”. В мире “Лобстера” одиночки прибывают в Отель, где должны найти себе пару или превратиться в животное.
 
Действие картины происходит в мире, в котором человеку запрещено быть одному и не иметь партнера. Несчастные одиночки разного возраста — singles по убеждениям и обстоятельствам, но также недавние вдовы и вдовцы — ссылаются в специальный отель, где у них есть сорок пять дней на то, чтобы найти себе пару и вернуться «нормальным членом общества». Если же постоялец не справляется с этой задачей, то его не убивают, а превращают в какое-нибудь животное, причем выбор последнего гуманно оставляют за жертвой. Главный герой Дэвид (Колин Фаррелл) приезжает в отель с любимой собакой, в которую превратили его брата, а для себя выбирает лобстера — те якобы живут долго, да еще и в воде. (Искусство кино)
 
Колин Фаррелл, Рейчел Вайс, Бен Уишоу, Оливия Колман, Леа Сейду превратили утопию Лантимоса в сильную, страшную, временами смешную и очень сложную романтическую драму, где у каждого нашлось место для его персонажа.
 
 Конек Лантимоса – убийственный абсурд при сохранении серьезной мины и неподвижности в лице, сочетающий остроту и пластичность, расчетливость и меланхолию. Местами это напоминает идеальную немую комическую – возведенный в степень идиотизм в мире, в котором невозможно (или запрещено) смеяться да и вообще как-то открыто реагировать на творящийся вокруг бред. (Искусство кино)
 
Оливия Колман сыграла здесь менеджера отеля, бизнес-леди без страха и упрека, высокомерную, строгую, жестокую. Она — воплощение системы, противоположное стихии. Безупречность и властность в ней стали настолько органичными, что Колман (пожалуй, что неожиданно для себя) снова стала обладательницей многих наград за безупречное воплощение героини (за роль второго плана).
 
Колман не уступили на экране Леа Сейду, Колин Фаррелл, Бен Уишоу и Рейчел Вайс. Каждый из них стал своеобразным “уродцем” в экзотическом шоу Лантимоса. Фаррелл удивлял своей обыденностью, опущенностью и отчаяньем, Вайс и Сейду, напротив, стали концентрацией силы и агрессии.
 
Интересно, что с возрастом Лантимос делает своих женских персонажей все сильнее — это касается двух следующих его картин, где героини — невероятный сплав энергии, темперамента, эмоций и силы, легко подминают все на своем пути.
 
Священный олень
 
Почти сразу же после окончания съемок “Лобстера” Лантимос приступил к работе над следующей своей лентой, “Убийство священного оленя”. За эту картину Бакатакис получил премию Independent Spirit Award for Best Cinematography в 2017 году и овацию зала в Каннах, где фильм был выдвинут в шорт-лист гран-при как “Лучший фильм года”.
 
«Убийство священного оленя» на первый взгляд выглядит продолжением выбранного режиссером карьерного вектора. На поверку же снятый в Америке триллер с Николь Кидман и Колином Фарреллом оказывается настолько греческим, насколько это возможно. Более того — древнегреческим. C Роком, хором и жертвоприношением. (GQ)
 
В названии фильма и в сценарии, автором которого стал Лантимос совместно с Эфтимисом Филиппу, полным полно отсылок к греческой мифологии. Фабула проста: она буквально пересказывает греческий миф об Артемиде, чьего любимого оленя (дитя) нечаянно на охоте убил Агамемнон. За это боги наказывают царя: ему нужно принести в жертву свою любимую дочь, Ифигению. Эврипид из этого сюжета создал свою трагедию, Лантимос же превратил трагедию в черную комедию и трагифарс.
 
Главный и непростительный грех режиссера заключается именно в том, что он путает две эстетические категории: страшное и противное. Пуще того. Претензии Лантимоса настолько глобальны, что противное оборачивается нелепым. (КоммерсантЪ)
 
Впрочем, несмотря на негодование публики в отношении того, что Йоргос в этот раз заигрался с образами и метафорами, фильм получил невероятную поддержку на фестивалях. Лантимоса стали называть новым Аранофски, прочить ему блестящую карьеру артхаусного режиссера в Голливуде, а также с удовольствием приглашать в большие студийные проекты.
 
Интересно, что актеры, которые сыграли у Йоргоса в “Лобстере”, частично перекочевали и в этот проект: Колин Фаррелл сыграл главную роль, Стивена, кардиохирурга, богатого и уверенного в себе человека, который теряет все, когда к нему приходит фатум в лице Мартина (актера Барри Кеогана). Главную женскую партию исполнила Николь Кидман: в свои 50 лет актриса обрела нужную для подобных экспериментов гармонию. Ей не нужно быть красоткой, достаточно демонстрировать определенную эксцентричность и остроту, что удается Анне (героини Кидман) на ура.
 
Бесспорно, один из главных фильмов года: ему гарантированы культовый статус, фанатичная любовь одних зрителей и ненависть других. И дело тут не в участии действительно блестящего дуэта — Колина Фаррелла и Николь Кидман, а в жестоком, абсурдном, необъяснимом содержании, заключенном в радикальную форму. (Вести FM)
 
Королевские игры
 
В 2018 году на суд зрителей и критиков Лантимос вынес свой третий англоязычный фильм “Фаворитка” — картина, созданная по сценарию Деборы Девис и Тони МакНамары. Впервые Лантимос работал не по собственному сценарию и отказался от взгляда на вещи, который отличал его постоянного оператора, Бакатакиса.
 
Я познакомился с тремя персонажами женского пола, которые оказались настоящими людьми. Я чувствовал, что это была интересная история сама по себе, но у меня есть возможность создать трех сложных женских персонажей, что бывает крайне редко. (Йоргос Лантимос)
 
Сюжет картины стал итогом длительных исторических исследований Деборы Девис: в бытность свою историком, она занималась историей Британии XVIII века. Наткнувшись на воспоминания Уинстона Черчилля о своей прапрабабке, леди Сары Черчилль, герцогини Мальборо, Девис обратила внимание на яркий любовный треугольник, участниками которого были Сара, ее кузина Эбигейл и … королева Анна.
Воспоминания, дворцовые книги, письма, свидетельства зарубежных гостей — все стало материалом для создания истории “Фаворитки”, мощной, сатирической, острой и временами невероятно циничной костюмной трагикомедии о жизни британского двора начала XVIII столетия и любовной интриги между тремя великолепными женщинами во власти.
 
С самого начала я не хотел, чтобы любовная история стала главной коллизией в фильме, будто мы пытаемся сделать из этого событие. Я просто хотел иметь дело с этими тремя женщинами как с неординарными личностями. Неважно, что между ними были гомоэротические отношения. Я перестал думать об этом очень рано. Из-за преобладающего мужского взгляда в кино женщины изображаются как домохозяйки, милые подруги ... Наш маленький вклад заключается в том, что мы просто пытаемся показать их такими же сложными, удивительными и ужасными, как и других людей!
 
Йоргос Лантимос изначально на роль королевы Анны рассматривал только одну актрису, Оливию Колман. Он предложил ей сыграть роль королевы (независимо от того, что Колман уже изображала Елизавету в “Гайд Парке на Гудзоне” и “Короне”), поскольку видел в ней умение расширять диапазон игры от ужасного до смешного, причем зачастую переходить от одной эмоции к другой быстрее мысли.
 
На роль Сары Лантимос рассматривал Кейт Уинслет, затем Кейт Бланшетт — но обе дивы не смогли участвовать из-за накладок в графике. После отказа обеих режиссер обратился к Рейчел Вайс, которую он уже снимал в “Лобстере”. Наконец, на третью женскую роль он выбрал Эмму Стоун, но согласился прослушать ее только после того, как актриса месяц проучилась местному диалекту.
 
«Фаворитка» — один из тех редких фильмов, где энергия, генерируемая тремя талантливыми актрисами в расцвете их карьеры, и энергия, генерируемая их персонажами, кружатся и сливаются в идеальный шторм. (Screen International)
 
Оливия Колман с готовностью приняла роль королевы Анны и заявила, что разница между Анной и предыдущими королевами, которых она играла, заключалась в том, что “другие королевы не влюблялись в двух ярких женщин”.
 
Мне нравилось, что у Анны эмоции менялись каждые пять минут — это актерская мечта. Она избалованная, скорбящая, чувствительная и жестокая. (Оливия Колман)
 
Играть Анну было огромной радостью, “потому что она как бы чувствует все”: “она просто женщина, которая не уверена в себе и не знает, действительно ли кто-нибудь ее любит. Слишком много силы, слишком много власти в ее руках”.
 
Ее Анна Стюарт, пожалуй, самый сложный и богатый на нюансы образ монарха в кино за последние полвека — от инфантильных капризов и сюсюкания к внезапным вспышкам авторитаризма через бездны черного, черного отчаяния стареющей и всеми оставленной женщины. Анну, словно громоздкий предмет мебели, который ни в одной комнате не приспособить, бесконечно возят и носят то в кресле-каталке, то в паланкине по лабиринтам Кенсингтонского дворца. Казалось бы, обидеть королеву может каждый. Но ни амазонке Мальборо, ни пригретой на груди кошечке Эбигейл со старухой не справиться. Обе они проиграют, сами того не заметив. (Кинопоиск)
 
Перед съемками Йоргос Лантимос пригласил главных исполнительниц на репетиции, которые длились три недели: каждая из актрис, по замыслу режиссера, должна была научиться чувствовать другую, раскрепоститься и проникнуться ролью. Что актрисы и сделали просто блестяще!
 
Эмма Стоун, Рэйчел Вайс и всемогущая Оливия Колман превращают историческую пьесу в едкую комедийную комедию с клыками и когтями ... Это непристойный, блестящий триумф, поставленный греческим режиссером Йоргосом Лантимосом, с огромным артистическим потенциалом и привкусом чертовщины ... “Фаворитка” — абсолютная заслуга свирепо-смешной женской троицы! (Rolling Stone)
 
После успеха новых картин, которые принесли Йоргосу славу гения абсурда, лучшего греческого режиссера “новой волны” и новатора, Лантимос стал весьма востребованным в Голливуде. В настоящее время идут переговоры о его участии в совместных проектах с Netflix (в частности, Лантимоса рассматривали на кресло режиссера нового сезона “Черного зеркала” — самого страшного и сюрреалистичного сериала последних лет).