Майк Ли



Британский кинорежиссёр, лауреат многочисленных премий, мастер социальной драмы — Майк Ли сделал блестящую карьеру в кино, в театре и на телевидении Великобритании.
 
Выпускник Королевской академии драматического искусства, Майк Ли в конце 1960-х считался многообещающим театральным актёром. Какое-то время он колебался между телевидением и кино, пытаясь совершить прорыв и добыть славу. В качестве актера Майк Ли исполнял небольшие, но серьезные роли, например, в телесериале «Капитан Мегрэ».
 
Во многих отношениях мои родители бессознательным образом хотели, чтобы я был как можно более английским. Они водили меня в театр, в Стратфорд, в Галле. Мой отец голосовал только за лейбористов. Они были очень буржуазными, очень невротичными и очень островными.
 
Уже в 1965 Ли начал писать пьесы и сам их ставить на сцене и работать в театре и как режиссер, и как драматург. На его счету свыше двадцати спектаклей на различных британских сценах.
 
С точки зрения того, как я это делаю, и того, что я пытаюсь сказать, нет абсолютно никакого различия между кино и театром. Был долгий период в 1970-х, когда я метался между театром и кино. Но реальность такова, что  я намного счастливее, когда снимаю кино. Фильмы — моя естественная среда обитания.
 
Высокие надежды
 
Как кинорежиссер и сценарист, Ли дебютировал в 1971 году с фильмом "Мрачные моменты", который спродюсировал известный английский актер Альберт Финни. Фильм получил «Золотого леопарда» фестиваля в Локарно. Он много лет работал для телевизионной компании Channel 4, и в конце 1980-х, когда Channel 4 стал выпускать свои фильмы в широкий кинопрокат, имя Майка Ли стало известно широкой публике.
 
В профессиональных кругах Майк Ли известен своим методом и тем, что снимает фильмы по своим собственным сценариям: режиссер не раз говорил, что момент, когда он решил снимать кино только по своим сценариям, считает одним из важнейших в жизни.
 
Бывают моменты, когда вы принимаете важные решения, например, в тот момент, когда я решил, что никогда не буду дописывать сценарий, написанный кем-то другим, или даже попытаться написать подходящий под состав актеров сценарий. После этого я почувствовал, что могу двигаться дальше.
 
Сегодня Майка Ли сегодня принято считать режиссером, сохраняющим верность традициям «кино рассерженных», которое возникло на рубеже 1950-60-х годов. Это хорошо заметно в двух его картинах, которые принесли Ли мировое признание и продемонстрировали специфический стиль — смесь документализма и иронического отношения к высказываемому: «Высокие надежды» 1988 года и «Обнажённые» 1993 года (призы за режиссуру и главную мужскую роль на фестивале в Каннах).
 
Тонкий юмор (возможно, именно его принято называть «британским») и ироничное, но уважительное отношение к героям помогли режиссеру поставить блестящую комедийную драму. «Высокие надежды» — история о повседневной жизни рабочих кварталов Лондона. Эта социальная драма вошла в список журнала New York Times «Лучшая тысяча когда-либо существовавших фильмов», получила приз ФИПРЕССИ на Венецианском кинофестивале и другие награды.
 
«Высокие надежды» — фильм живой и сложный, он бросает вызов нашим взглядам, меняя любые предположения о возможном исходе. Ли показывает своих персонажей и их образ жизни так живо, так беспощадно и под таким резким сатирическим углом зрения, что фильм достигает удивительного эффекта: мы начинаем смеяться над другими и в итоге — над собой.  (Chicago Sun Times)
 
Действие происходит в Лондоне во время премьерства Маргарет Тэтчер, непростые времена для простого человека — нужно искать пропитание и оставаться на плаву. История взаимоотношений трёх семейных пар получилась у Ли жизненной и смешной. Тут есть и пролетарии, время от времени наведывающиеся на могилу Карла Маркса, и человеческие драмы, не чуждые любой семье.
 
Ли сформировал уникальный стиль политического комментария, который является частью документального фильма, это частично мультфильм и в целом – совершенно новое слово в кино. (Washington Post)
 
Майк Ли прибег к универсальной традиции абсурдизма, доведя до абсолюта простые обстоятельства ежедневной обычной жизни. Сатира и документальная четкость картинки дают зрителю шанс на настоящие эмоции, а режиссеру — ключ к спасению героев из безнадежной ситуации. Кинокритики очень любят сравнивать фильмы Майка Ли с работами его соплеменника, Кена Лоуча, что, по мнению Ли, не совсем верно в силу отсутствия в его картинах политической составляющей.
 
Избегая сенсационной подачи и не впадая в мелодраму, Ли уверенно разрабатывает в “Надеждах” тему человеческих отношений. Его интересуют обычные истории обычных, ничем не примечательных людей.
 
Но в его социальных драмеди неизбежно видится политическое высказывание, даже если Ли просто шутит о визите пролетариев на могилу Маркса. Сколько бы мастер не открещивался от политики, она пронизывает его фильмы. Пусть и оставляя режиссера сторонним наблюдателем, не ангажированным ни одной из партий.
 
В фильме фоном являются политизированные восьмидесятые и ясно прослеживаются все недостатки общества в целом. Часть неимущих жаждет подняться по социальной лестнице и стремится к достатку, другая, настроенная по-большевистски, напротив, испытывает отвращение к благополучию.
 
Идеи социализма обсуждаются в фильме не для того, чтобы оказаться в центре, а как некий вызов обществу. Главный герой пытается разрешить вопросы, актуальные и сегодня. Все персонажи, независимо от своего статуса, на собственном опыте переживают плоды социального отчуждения друг от друга. Выглядит дико и страшновато; словно смотрясь в хорошо знакомое отражение в зеркале, возникает вопрос: поможет ли кому-то гранитная башка Маркса? (Film Review)
 
Не так уж часто зрителю удается увидеть изнанку английского социума, поданную остроумно и с особым вниманием к достоверности. Театральные актёры у Ли всегда работают на высочайшем и столь тонком уровне, что всякий раз кажется, будто это играют люди, только что найденные на улице, и вся история — докудрама. Сочувствуя своим героям, горюя вместе с ними и радуясь, Майк Ли находит для них выход и высокий смысл — для каждой отдельно взятой жизни.
 
Общечеловеческое прорастает сквозь комическую зарисовку и обретает универсальное значение. Точный социальный расклад, пристальное внимание к быту, неспешный ритм, в деталях прорисованные персонажи — все ключевые составляющие очень узнаваемой палитры красок Ли есть в «Высоких надеждах».
 
Уникальный взгляд и авторский метод
 
Если говорить про работу с актерами, Ли разработал собственный метод — это концептуальное взаимодействие, при котором актеры и режиссер совместно создают персонажей, а иногда целые сюжетные линии сценария. Истории рождаются в соавторстве единомышленников, причем события кажутся «настоящими», они дышат живым, натуральным, почти документальным драматизмом.
 
По мере того, как растет наша эмпатия к его героям, Майк Ли обнаруживает и показывает трагическую красоту мирского. (Washington Post)
 
Все по Станиславскому: зритель имеет возможность наблюдать «персонаж в развитии», то есть видеть, как персонажи постепенно эволюционируют, меняются, достигают катарсиса. Режиссерский метод Майка Ли вроде бы прост. Его актеры, работая над ролью, не знают сценария целиком, их знакомят лишь с теми сценами, где они задействованы.  Не зная истории и сюжета в целом, они вынуждены действовать как в реальности, проживая фрагмент жизни в определенной сцене.
 
Актеры не имеют ни малейшего понятия, кто из них исполняет главную роль, а у кого второстепенная — совсем как в обычной жизни. Каждый самостоятельно работает над образом на протяжении нескольких месяцев, а затем актерская труппа встречается на съемочной площадке. Такой подход оказывает сильное воздействие: игра пронзительна, исполнение реалистично и достоверно.

Майку Ли удается поднять большие вопросы, не затрачивая при этом больших средств. Сказывается опыт театрального режиссера: почти половина его работ — это театральные постановки. Одним словом, он умеет обойтись минимальной обстановкой для того, чтобы развернуть настоящую драматическую историю. (Kinopoisk.ru)
 
В 1996 году его семейная драма «Тайны и ложь» получила «Золотую пальмовую ветвь», а исполнительнице главной роли был присуждён «Золотой глобус», фильм был вполне успешным в прокате, окупив свой 4,5 миллионный бюджет более чем в 11 раз и собрав 52 млн долларов.
 
Майк Ли придумал в фильме «Тайны и ложь» (точнее перевод звучит как «Секреты и обманы») необычные ходы. По сюжету, у чернокожей лондонской девушки Гортензии умирает приемная мать, и она принимает решение найти свою биологическую. Параллельно развиваются три линии, потом они пересекаются — и все герои оказываются связаны.
 
…Нагая правда о характерах британцев, даже приодетая в плащ сентиментальности, может вызвать не только сочувствие, но и раздражение. Возмущает не столько «чернуха по-английски» в очень затянутой экспозиции, не намеренная слащавость финала, где вывернут наизнанку хэппи-энд по-голливудски или, как у Остин, происходит поспешная раздача «всем сёстрам по серьгам» (буквально — всем героям по родственнику)... небезгрешное семейство поневоле начинает напоминать паноптикум, театр уродов или оперетту лилипутов.  (3500 рецензий)
 
Несмотря на присутствие в ленте забавных поворотов действия и не лишённых фирменного английского юмора живых наблюдений за персонажами, Майк Ли стремится поразить пресытившуюся публику новым смыслом и моральной стороной истории. Критики были достаточно категоричны в высказываниях, причем не всем пришлась по душе сентиментальная драма.
 
Я давно перестал беспокоиться о том, как меня изображают в прессе, потому что в конечном счете это не так важно. Каждый, кто знает меня, знает, что я делаю то, что делаю, с величайшей честностью.
 
Восемь лет спустя, Ли уехал с Венецианского фестиваля с «Золотым львом» за пессимистическую картину «Вера Дрейк», которая также была отмечена несколькими номинациями на «Оскар».
 
Я сделал “Bеру Дрейк” (2004), потому что: а) я  из детства помню особую женщину, которая, как я поняла позже, зарабатывала абортами, и б) я был достаточно взрослым в то время, когда люди вынуждены были прибегать к незаконным абортам. Мне очень повезло, что у меня никогда не было проблем с телом, но я был там несколько раз, и я три раза принимал участие в организации незаконных абортов. Из этого опыта вышла «Вера Дрейк».
 
«Вера Дрейк» повествует о немолодой добропорядочной женщине (в блестящем исполнении Имелды Стонтон), жизнь которой внешне невеселая, но спокойная: она убирает квартиры и  ухаживает за больной матерью. Но есть в ее жизни и тайная сторона — она посещает женщин и помогает им избавляться от нежелательной беременности. Между тем, по английским законам 1950-х такая практика считается незаконной, и когда власти узнают о деятельности Веры, ее жизнь превращается в ад…
 
Майк Ли находится на пике своих способностей с Верой Дрейк, сострадательной, морально сложной драмой, которая легко сочетается с его лучшей работой «Секреты и ложь». (Variety)
 
Работа Имелды Стонтон не осталась незамеченной и на «Золотом глобусе», и на «Оскаре», однако дело ограничилось номинациями, а на премии Европейской киноакадемии награда была именно британской актрисе.
 
«Вера Дрейк» заставляет нас сопереживать, переводя страсти в сочувствие. Подводя итог потрясающему финалу, фильм Ли выглядит одновременно ужасно схематичным и мощным гуманистическим высказыванием. (Village Voice)
 
Любимые актеры
 
Двумя самыми любимыми (и, пожалуй, известными) звездами Ли за полвека его работы стали Тимоти Сполл и Джим Бродбент. Так, например, лента, которая посвящена жизни и творчеству британского живописца Уильяма Тёрнера, стала шестым совместным проектом для режиссера и Сполла. За исполнение роли Уильяма Тёрнера Тимоти был удостоен «Пальмовой ветви» на Каннском кинофестивале, да и сам фильм Майка Ли заслуженно получил восторженные отзывы прессы.
 
Мы хотим снять кино о художнике Тёрнере, и это все, что я могу сказать. Проект ожидается дорогой, так что сейчас мы прилагаем все усилия к его осуществлению. (Тимоти Сполл)
 
Это неспешная, обстоятельная и при этом немногословная биография великого художника, который вроде и не похож на живописца. Он плюется, кряхтит, может съесть целую свиную голову на обед, вежливым и обходительным его тоже не назовешь. Королева Виктория о Тёрнере невысокого мнения, злые языки про все менее отчетливые пейзажи шепчут, мол, «он теряет зрение». Даже в театре его делают объектом насмешек. Но именно полотна Тёрнера останутся в веках, потому что он умудрился подчинить себе солнце и его краски, он был готов привязать себя к верхушке мачты, чтобы увидеть морскую бурю изнутри.
 
Невозможно снимать фильм о Тёрнере и удалить съемки на природе. Человек привязывал себя к мачте, чтобы снимать бурю. Так что фильм будет дорогой.
 
А для Джима Бродбента первым настоящим успехом в мире большого кинематографа стала роль в фильме Майка Ли «Сладости жизни» —  бытописании обычной семьи, без пафоса и надрыва, созданном иронично и задушевно.
 
Следуя повседневным злоключениям семьи северных лондонцев, Ли показывает мир обычных будней и находит юмористическую, но нежную ноту. В некотором смысле, это британская, не-мультяшная версия «The Simpsons». (Washington Post)
 
Прежде всего, это упоительно смешная комедия, где Бродбент показал себя не просто симпатичным бородачом, но сильным комедийным актером. Он как влитой смотрится в этой иронической зарисовке о жизни в Англии среднего класса.
 
Я был на показе фильма, где смех возникал в неожиданных для меня местах. Но, знаете, люди смеются по целому ряду причин — иногда от смущения, иногда от нервозности. Это не всегда зависит от веселья.
 
В 1999 году Бродбент еще раз сыграл главную роль в фильме Майка Ли под названием  «Кутерьма» («Кубок Вольпи» за лучшую мужскую роль). Отзывы были хвалебными в высшей степени — триумф режиссера и актеров признали даже самые взыскательные критики.
 
Фильм полон восхитительных драматических сцен, и превосходные актеры наслаждаются возможностью сыграть своих коллег из 19-го века. (Newsweek)
 
Действие в «Кутерьме» происходит в 1884 году, в Лондоне: веселые оперы либреттиста Гилберта (Бродбент) и композитора Салливана (Алан Кордунер) пользуются успехом, но вдруг теряют популярность: все некогда революционное становится вчерашним днем. В совместном творчестве двух гениев наступает кризис, и Гилберт обращается за вдохновением к японскому искусству. Гилберт и Салливан получились абсолютно реалистичными, живыми и невероятно симпатичными.
 
Гилберт едкий, вечно всем недовольный, он убежден, что все будет плохо.  В замечательном исполнении Бродбента Гилберт, тем не менее, смешно шутит и радуется, если его шутки поняли. (SF Gate)
 
Глубокое проникновение в образ, детальная разработка персонажа, профессиональные актеры и импровизация — секрет театра на киноэкране. Зрителю не видна огромная работа, которая остается за кадром, но фильмы Ли производят огромное впечатление: их смотрят затаив дыхание, будто на хорошем спектакле.
 
Вы вряд ли увидите импровизацию оператора в любом из моих фильмов. Тут все очень структурировано, но, как вы знаете, все складывается из сложных импровизаций в течение длительного периода.
 
В 2010 году одна из лучших картин каннского фестиваля «Еще один год»  Майка Ли не получила никаких призов, но заработала высшие баллы в рейтинге международных критиков, разглядевших в традиционалистской работе не «еще один фильм признанного мэтра».
 
Стоит заметить, что современность, которая вроде бы под боком и не взывает к специальной обработке воспроизводится Ли с такой же тщательностью и почти фетишистской скрупулезностью, как и викторианская эпоха в «Вверх тормашками» или послевоенное время в «Вере Дрейк». В эту современность изначально заложен привкус «ретро» — как напоминание о том, что ни времена, ни люди, ни отношения — особенно британские — не меняются никогда. А потревожить их можно лишь на каплю — да и то ценой собственного душевного спокойствия. (Искусство Кино, №7, 2010).

Персонажи «Еще одного года» — британцы до мозга костей в том, как они исполняют свои ритуалы, спустя десятилетия выродившиеся в матрицу какого-нибудь рядового английского телемыла. Они допускают даже мысли, что ритуалы могут иметь какую-то альтернативу; и они не принимают в свой круг «иных», живущих не по их правилам.
 
История о том, откуда берутся традиции, как еще не расплесканная, не прожитая жизнь немеет и затвердевает в чуждой ей форме, которая, впрочем, очень быстро начинает восприниматься как единственно возможная. Норма с ее жесткими ограничениями — куда меньшее зло, чем неприкаянность и свобода. Дихотомия искусственного и естественного, сверхусловного и ускользающего от какой-либо условности характеризует и искусство Майка Ли. (Искусство кино)
 
Новейшая история
 
В 2008 году Майку Ли прочили главную награду Берлинского кинофестиваля за комедию «Беззаботная», однако дело ограничилось «Серебряным медведем» лучшей актрисе. Выиграй он «Золотого медведя», Майк Ли стал бы единственным ныне живущим обладателем главных наград наиболее престижных кинофестивалей мира. Сам Майк Ли был избран президентом жюри основной конкурсной программы 62-го Берлинского кинофестиваля 2012 года, и с тех пор ни разу в жюри не появлялся.
 
Мне нравятся мои фильмы. Я не могу понять режиссеров, которые не смотрят свои фильмы после того, как они их создали. Если вам они не нравятся, как они могут понравиться кому-то другому?
 
Ли работает в кино уже более 40 лет и за это время стал одним из ведущих британских режиссеров, а также одним из самых выдающихся представителей авторского кинематографа. Картины режиссера неоднократно удостаивались высочайших кинопремий мира.
 
Майк Ли не снимает блокбастеров, и иногда сетует в интервью на отсутствие больших бюджетов.
 
Если выбирать между Голливудом и стальными булавками в глаза — я выберу булавки.
 
При этом он отдает себе отчет в том, что от режиссера и сценариста Ли ждут совершенно определенных работ — честных и ярких, основанных на актерской импровизации. У него три премии Каннского фестиваля за фильмы «Обнаженная» (лучшая режиссура) и «Тайны и ложь» («Золотая пальмовая ветвь» и приз экуменического жюри).
 
В общей сложности у режиссера семь номинаций на «Оскар». Кроме того, у Ли несколько премий Британской киноакадемии (BAFTA), в том числе и за вклад в развитие английского кинематографа.
 
Я не могу получить больше определенной суммы денег — есть потолок. Это очень расстраивает. С другой стороны, есть люди, которые вообще не получают денег на свои фильмы. Поэтому я не жалуюсь. Но, с другой стороны, было бы потрясающе иметь возможность писать на большом холсте. В 1999 году у меня это получилось с «Кутерьмой», которую мы сделали за 10 миллионов фунтов стерлингов. Я не знаю, как мы это сделали. Мы ужались до 6,5 миллиона фунтов стерлингов, чтобы сделать «Bеру Дрейк» (2004). Очень сложно. Но если вы хотите таких денег, вам скажут: «Ах, это звучит как хорошая возможность для Джонни Деппа ...» Никакого неуважения к Джонни Деппу, он тут просто для примера. Но я не пойду в этом направлении. Потому что моя работа состоит в том, чтобы сделать фильмы, которые я хочу сделать, и иметь свободу ваять их, не зная точно, каким будет результат, и пригласить актеров, которые согласятся с этим.