Джим Шеридан



“Режиссер актеров” — такое прозвище получил у критиков и у многих ценителей кино Джим Шеридан, сценарист, продюсер и режиссер из Ирландии, который сумел создать не только свой неповторимый стиль в театре и кино, но и прославить маленькую страну в большом кинематографе благодаря удивительным лентам, многие из которых попали в золотой фонд кино Британии и США.
 
Шеридан родился в Дублине, получил консервативное религиозное образование — о чем нельзя забывать, когда мы говорим о нем как об авторе сложного, многослойного кино на определенные темы. В 1969 году он поступил в Дублинский университет на факультет истории и английского языка, а после в 1972 году, увлекшись театром, вместе с братом-писателем и сокурсниками основал независимый театр.
 
Theatre Project Company имел оглушительный успех, однако по этой же причине привлек внимание многих недругов Шеридана — и ему пришлось закрыть проект, а после, в 1981 году буквально бежать из Ирландии в Канаду…
 
Затем Шеридан оказался с семьей в Нью-Йорке, где работал в школе искусств Tisch, а затем возглавляя Ирландский центр искусств.
 
У нас не было чувства безнадежности. Мы приехали из Ирландии, где мы буквально могли считаться бедными, потому что там около 17 процентов безработицы и 15-процентная инфляция, вы знаете, и война продолжается, поэтому приехать сюда было не так страшно ... Америка казалась лучшим место для жизни.
 
Америка окажет огромное влияние на эстетику фильмов Шеридана — спустя десяток лет он создаст фильмы, в которых сможет выразить свое восхищение и разочарование землей, приютившей его на какое-то время.
 
Дуэт с Дэй Льюисом
 
В конце 1980-х годов Джим Шеридан возвращается в Ирландию: ему попадают в руки мемуары “Моя левая нога” Кристи Брауна, ирландского художника, которые Шеридан решает экранизировать. В 1989 году был готов сценарий (за который Шеридан получит первую свою номинацию на Оскара за лучший адаптированный сценарий), Джим решил самостоятельно снять картину.
 
Он начал поиски актеров — и на счастье Шеридана работой в дебютном проекте будущего легендарного ирландского режиссера заинтересовался Дэниэл Дэй-Льюис. Актера покорила первая же сцена в сценарии, рассказывающая о том, как главный герой включает проигрыватель и ставит пластинку левой ногой.
 
Я понимал, что это невозможно. И это меня заинтриговало (Дэй-Льюис)
 
“Моя левая нога” — экранизация автобиографии Кристи Брауна, ирландского художника и писателя, который, будучи почти полностью парализованным, писал картины левой ногой. Выросший в бедной ирландской семье, Браун был изгоем — из-за недуга и физической неполноценности, однако же благодаря поддержке матери он смог управлять своим телом настолько, чтобы использовать шанс стать настоящим героем.
 
Это был человек, которого сложно забыть. Маленький, сгорбленный, бородатый и неопрятный, он смог, несмотря на позднее начало, вырасти в настоящего поэта, романиста, художника, лирического хроникера собственной жизни. Как и многие гении, он был совсем нелегким в обычной жизни — и фильм отлично это показывает начиная с первого же эпизода (Chicago Sun-Times)
 
Многие сцены писались Шериданом через зеркало — Дэй-Льюису приходилось использовать для съемок правую ногу. Он провел огромное количество времени, готовясь к роли. В частности, посещал школу Кристи Брауна в Дублине, куда вернулся в 1989 году со своим первым Оскаром — ведь именно за эту роль Дэй-Льюис получил одну из самых престижных мировых кинонаград. 
 
Дэй-Льюис не только присвоил физическое состояние своего героя, ежеминутную борьбу с почти полным параличом, он смог показать болезненный генезис художественного характера, от сдерживаемой ярости, которая вот-вот взорвет его череп, до счастливых всплесков смеха и остроумных замечаний — большинство из которых нецензурно (Washington Post)
 
До самого конца съемочного периода актер не вылезал из коляски и жил жизнью героя.
 
Этот фильм и работа с Джимом Шериданом изменила меня и мою жизнь. Я сомневаюсь, что у меня будет более счастливый опыт. Не только потому, что у фильма был такой успех, которого мы попросту не ожидали, а по причине того, каким образом мы сотворили этот фильм. (Дэй-Льюис)
 
До сих пор фильм входит в топ-100 лучших картин  всех времен и народов, режиссерский дебют Джима Шеридана был удостоен номинации на Оскара как “лучшая картина”.
 
“Моя левая нога” — великий фильм по многим причинам, но самая главная из них —  он дает нам полное изображение жизни одного человека. Это не вдохновляющее кино, хотя и вдохновляет. И не кино, которое призвано вызвать сопереживание — хотя вызывает. Это история об упрямом, сложном, отмеченном богом и одаренном человеке в тяжелой ситуации, из которой он выходит блестящим победителем, оставившим нам несколько хороших книг, хороших картин и память о своем мужестве. (Chicago Sun-Times)
 
Следующей работой Шеридана с Дэй-Льюисом стал историко-политический фильм “Во имя отца”. Здесь впервые в полную силу зазвучала “ирландская” тема, которая принесла славу Шеридану и как режиссеру-нонконформисту, и как режиссеру-реалисту, и как режиссеру-ирландцу.
 
Сейчас я вижу, что современное кино и современный зритель…  — им не нравится мистическое или духовное. Теперь это стало что чем-то грязным...
 
В этом проекте Шеридана Дэниел сыграл ирландского парня, который после неудачного погрома в рядах ИРА убегает из дома в Лондон в поисках "наркотиков и свободы". Естественно он обитает в сквотах, водится с кем попало, пропагандируя “свободу морали”. Будучи вороватым и нечистым на руку, Джерри крадет у своих соседей (проституток) 700 фунтов — и его оговаривают в организации террористического акта, случившегося неподалеку.
 
Естественно, Джерри бежит домой, но когда возвращается в Ирландию, его уже ждет полиция, готовая арестовать на долгие 15 лет… Джерри грозит пожизненное заключение, но самое страшное другое: его поступок провоцирует полицейских дать ложные показания и задержать отца (Пит Постлетуэйт). Джерри и отец проводят свою дальнейшую жизнь в камере, переживая страшнейшие унижения, лишения и пытки.
 
Несправедливый приговор всегда был хорошей темой для эмоционально захватывающей драмы, таковым и является кино "Во имя отца". Обладатели Оскара по фильму "Моя левая нога" режиссер-сценарист Шеридан и его звезда Дэниел Дэй-Льюис преуспели в рассказе истории Джерри Конлона, имевшей реальные корни... Это не то кино, которое обычно ожидаешь посмотреть на Рождество: политизированное, взрывное, странное, воинственное и далекое от гармонии. (Variety)
 
Дуэт Льюиса и старшего и более опытного британского актера Пита Постлетуэйта стал ошеломительно правдивым и острым изображением жизни, скрытой от глаз большинства. Шеридан снова был назван режиссером, который потрясающе точно может выбрать исполнителей главных ролей для своих картин. А если добавить к этому актерскому дуэту еще и Эмму Томпсон в эпизодической роли адвоката, которая несмотря на тухлость дела, смогла доказать невиновность ее подопечных, то можно представить себе реальную силу актерского ансамбля.
 
Картина достигает высочайшей точки эмоций в ярких и очень личных сценах между Дэй-Льюисом и Постлетуэйтом, раскрывая рост Джерри перед лицом глубочайшего отчаянья и фрустраций и обнажая качества Джузеппе, не ожидаемые от его героя. Оба актера демонстрируют высочайший класс. (Variety)
 
По мере взросления герой Льюиса из безграмотного уличного хулигана превращается в борца за свободу: он находит истинных виновных, убеждает адвоката не бросать дело и во имя не вынесшего тюремного заключения отца выходит победителем…
 
"Во имя отца" стал вторым фильмом Шеридана, который был номинирован на Оскара во множестве категорий (лучший фильм, лучший режиссер). Дэй-Льюис должен был стать лучшим актером года, но проиграл Тому Хэнксу и его "Филадельфии" (1993), — проекту, в котором, кстати, первоначально и планировал сыграть. Эмма Томпсон и Пит Постлетуэйт были названы в числе лучших актеров второго плана.
 
Вы знаете, когда ты смотришь на гения в работе, каковым и является Дэниэл, когда ты говоришь „снято“, когда ты видишь, как Дэниэл возвращается в своё тело — это как отпирание банковского хранилища…
 
Завершая остросоциальную и политическую ирландскую тему, Джим Шеридан и Дэй-Льюис в сделают последний фильм своеобразной трилогии в 1996 году: выйдет картина "Боксер", посвященная также реальному персонажу.
 
Я хотел понять, понравится ли мне спорт, — потому что если нет, я не смог бы рассказать эту историю. По свое сути бокс — чистое искусство. Он требует самоотверженности, искренности, веры в себя даже после полного поражения. Это своего рода испытание. И оно непростое: даже тренировки сами по себе способны убить… (Дэниэл Дэй-Льюис)
 
Дэниел Дэй-Льюис тренировался три года, готовясь к этой роли. Именно столько потребовалось актеру, чтобы превратиться в бывшего профессионального боксера Флинна, вышедшего из тюрьмы и решившего основать боксерский клуб для подростков в своем родном ирландском городе.
 
В “Боксере” снова одной из главных тем становится тема взаимодействия ИРА и бывших ее членов, которые желают мира и процветания стране, погрязшей в гражданской междоусобице.
 
У Шеридана режиссура боксерских сцен потрясающа. Всегда есть риск, когда снимаешь кино про боксеров… Ну кто, скажите, может переплюнуть Мартина Скорсезе и его “Бешеного быка”? Но Шеридан, мудро нанявший на работу одного из лучших операторов, Криса Менгеса, умеет выхватить чувство драмы, подсветить его, усилить и сделать из нее метафору страсти героя и жестокости проблем Северной Ирландии. (San Francisco Chronicle)
 
Впрочем, если в предыдущем фильме Джима Шеридана герои и полемика куда более политизирована, в "Боксере" главной темой становится любовь — и здесь актеры Джима Шеридана впервые играют возлюбленных, и только потом гражданских активистов, протестантов или католиков.
 
В некотором смысле, это самый обычный, самый массовый из всех фильмов Шеридан. Но в нем никогда нет сентиментальности из-за реалистичности режиссерского подхода. (Salon)
 
Ирландец в Нью-Йорке
 
Не только тема ИРА интересовала Шеридана: во время своего непродолжительного пребывания в Нью-Йорке Джим чувствовал отчуждение и восхищение, апатию, разочарование и страх — огромный комплекс эмоций, которые возникают у иммигрантов. Собственно, именно об этом — внутренней и внешней иммиграции — он сделает несколько фильмов в 1990-2000-е.
 
Первым “американским” проектом Шеридана станет фильм “Поле” 1993 года. Сюжет картины, сценарий к которой Шеридан адаптировал из пьесы Джона Кина 1965 года, сводится к борьбе фермера “Быка” МакКэйба и его семьи за кусок земли, который они арендуют и возделывают в Северной Ирландии вот уже много лет. Владелица земли решается продать ее — и среди потенциальных покупателей возникает не только МакКэйб, но и какой-то американец, который скупает земли, чтобы проложить по ним дорогу…
 
Сама по себе фабула хоть и очень напряженная, но незамысловатая — и главным центром картины стали ее актеры — Ричард Харрис, Шон Бин и Джон Херт. Британский актер, Харрис, играл престарелого патриарха, “Быка” МакКэйба, с той остервенелой упертостью характера, которая присуща ирландцам и за которую эту нацию любят далеко не все.
 
«Поле» — это мрачная аллегория тяжелой жизни на земле — символическая пьеса, усиленная неумолимой реалистичностью фильма, где то, что мы можем принять на сцене, ощущается надуманным и искусственным. Это была не та пьеса, которая просится на экран. Фильм хочется забыть... Но он навсегда войдет в историю кино, потому что работа Ричарда Харриса — величайшая — была номинирована на премию Оскар в категории лучших актеров года. (Chicago Sun Times)
 
Фильм получил смешанные отзывы и провалился в прокате, в отличие от успешного “Моя левая нога” и “Во имя отца” — однако это было предопределено темой и проблематикой, которая совершенно не затрагивала массового зрителя, но тем не менее была крайне важной для самого Шеридана и его режиссерского почерка.
 
С “Полем” Шеридан стал более реалистичным и более суровым критиком действительности, в которой он жил и от которой бежал в США, откуда тоже бежал снова на родину.
 
О переживаниях чужестранца в Америке будет его очень биографическая эпическая лента “В Америке”, которая вышла на экраны в 2002 году. Джим со своими дочерьми стал соавтором сценария (получившего номинацию на Оскар как лучший оригинальный сценарий).
 
Их история рассказывает о жизни ирландской семьи, которая эмигрировали из Канады в США в 1982 году — на переезд семью толкает большая трагедия, смерть одного из детей. Однако в Америке им не удается устроиться так, как они того хотели бы: семья вынуждена балансировать на грани, что, тем не менее, лишь подчеркивает качества ирландцев — взаимопомощь, отзывчивость, умение сопереживать окружающим, их искреннее неравнодушие.
 
В интервью к фильму Шеридан не раз говорил о том, что он посвятил свою картину умершему в возрасте 10 лет брату, а девочки в фильме — Кристи и Ариэль — на самом деле списаны с его дочерей, Наоми и Кирстен. Джим также говорил о том, что этот фильм он делал для того, чтобы показать, что люди могут преодолеть свою вину и свое горе и жить будущим, а не прошлым, не печалью утрат и ужасами обид.
 
Впрочем, тема прошлого и его власти над человеком развивается не только в “американских” картинах Шеридана: в его следующих двух фильмах, “Братья” и “Скрижали судьбы” тема судьбы, предопределенности и фатума становится главной, несмотря на то, что лейтмотивами становятся отношения внутри семьи (“Братья”) или драма одной любви (“Скрижали судьбы”). 
 
Драма “Братья” была посвящена событиям, навеянными крахом американской операции в Ираке и действиями США на Ближнем востоке. Она рассказывает о судьбе двух братьев, Сэма и Томми, абсолютных антиподов. Эти герои будто бы появляются из 1990-х — Сэм — это Флинн из “Боксера”, а Томми — это Джерри из “Во имя отца”.
 
Поначалу Шеридан собирался на роль младшего брата взять Тоби Магуайра, а на роль старшего — Джейка Джилленхола. Однако режиссер очень засомневался в том, что Тобиас сможет убедительно сыграть разгильдяя и балбеса: слишком много в нем было правильного, включая его мимику и физику, от которых сложно куда-то деться.
 
Поэтому Шеридан поменял актеров местами, а роль Грейс, жены Сэма, оставил за Натали Портман, прекрасно справившейся с изображением женщины, разрывающейся между двумя любимыми.
 
Работа Шеридана с актерами, с их интеллектом и с их эмоциональным состоянием завораживает — и захватывает нас до такой степени, которой мы в себе и не знали (New York Magazine)
 
Камера переходит от размеренной жизни дома к кадрам с жестокими пытками талибов. Сцены с пленными сняты с невероятно безжалостным реализмом, показывая, что Сэм сам будто бы захвачен в плен морального и эмоционального парадокса… Именно за это он так и не сможет простить себя, именно это станет ключом к разгадке его жизни дома, без войны. Когда Сэм возвращается домой, его приветствуют с любовью и радостью. Но он единственный не может ощутить никакой радости в ответ: обычные человеческие эмоции ему недоступны, и он отстраняется даже от своих детей. Он не скрывает, что подозревает Грейс и Томми. И ничего не может успокоить его ум…
 
Шеридан и его авторы сценария делают из «Братьев» гораздо больше, чем просто драму о войне и браке. Речь идет о том, за что мы можем простить себя, - и это тоже постоянная тема, проходящая через все фильмы Шеридана... (Chicago Sun-Times)
 
В отличие от “Братьев”, “Скрижали судьбы” были не столь успешными — несмотря на блестящий кастинг: в новом фильме Шеридана играли Руни Мара и Ванесса Редгрейв, Тео Джеймс и Эрик Бана. Критики были непреклонны в своей оценке творчества Шеридана, который решил рассказать о непростой судьбе 100-летней пациентки психиатрической клиники.
 
Несмотря на то, что “Скрижали судьбы” обладают прекрасными исходными данными и великолепным составом, эту адаптацию лучше было бы не экранизировать. (Rotten Tomatoes)
 
Впрочем, желание сфокусироваться на этот раз на женской истории (в отличие от его сугубо мужских фильмов про деятельность ИРА и изнурительную борьбу в начале 1990-х) не может не привлекать внимание —  для Шеридана “женское начало” всегда было связано с домом, любовью и страданием, а фокус на невероятно грустном и угнетающем аспекте влияния Церкви на жизнь обычных женщин (вплоть до наших дней) снова возвращает Джима к его вечным остросоциальным вопросам. Так что и “Скрижали судьбы” следует смотреть не только и не столько как историю одной жизни.
 
Руни Мара и Тео Джеймс демонстрируют самые богатые нюансы игры на экране в драме, чей настоящий предмет внимания — запутанная, кровавая история Ирландии и ядовитый патернализм Церкви в отношении женщин. (Hollywood Reporter)
 
“Скрижали” не единственный провал в карьере Шеридана: незадолго до них вышел триллер “Дом грез” с участием Дэниэла Крейга и Рэйчел Вайц, после релиза которого Джим написал резкое письмо в Гильдию кинематографистов с просьбой снять упоминание о нем как режиссере в титрах фильма. Ему ответили отказом — но бороться за право “не иметь отношения к фильму” Шеридан не перестал.
 
Я видел тысячи фильмов, в которых люди убиты, где «жизнь ужасна, и все с этим согласны»… И кажется, что кино вместе с жизнью вышли из строя…
 
Его сложный характер, равно как и умение находить истории на пустом месте, сочинять сценарии из воздуха (вернее, из того, что он видит), работать с актерами самых разных мастей и возрастов — все это вместе уже сделало из Джима Шеридана легенду кино и театра. И можно лишь надеяться на то, что следующий его проект будет таким, что режиссер не откажется поставить под ним свое имя.