Шарлотта Рэмплинг



В 2011 году вышел документальный фильм под названием “Взгляд”, где Шарлотта Рэмплинг берет интервью у коллег и друзей, в диалоге с ними рассказывая историю своей 50-летней карьеры и пуская зрителей в вожделенное закулисье. Полтора часа легенда кинематографа препарирует “образ Шарлотты Рэмплинг”, анализирует лучшие роли, отчасти раскрывая загадку знаменитого “магического взгляда актрисы”, благодаря которому забыть её невозможно.
 
Девушка из Челси
 
Полувековая история работы в кино началась с забавного эпизода: Рэмплинг шла по улице Лондона, когда ее окликнул телепродюсер, искавший модели для кампании Cadbury. Так в 16 лет длинноногая красотка стала сниматься в рекламных роликах. Юная барышня сразу же подготовила портфолио, чтобы заняться модельным бизнесом: в отличие от многих Шарлотта не стала полагаться на случай и использовала первые гонорары для того, чтобы нанять агента и начать работать по всем правилам. Она вообще отличается любовью к порядку и правилам: сказывается воспитание в доме полковника ВВС. Но оборотной стороной упорядоченности и самодисциплины является совершенное отсутствие табу и запретов в творчестве.
 
Не было никакой стратегии — я просто следовала за собственной мечтой.
 
К середине 1960-х Рэмплинг уже снималась в кино. И хотя ее первые роли были очень просты, чтобы суметь выдержать конкуренцию среди равных по красоте моделей и старлеток, актриса всерьез занялась драматическим искусством.
 
Позже Шарлотта Рэмплинг будет с улыбкой утверждать, что не любит репетировать и не очень-то хорошо относится к теории как таковой. Да и зачем ей было учиться актерскому мастерству в стенах драматических студий, когда лучшим способом впитать в себя искусство было общение с коллегами по цеху на съемочной площадке.
 
Когда я приехала в Париж в 1970-е, в Англии кинематограф особо не развивался. И когда я начала играть во французском кино, это было естественным для меня предложением того, в чем бы я хотела сниматься. Так уж получилось, что я попала в то время и в то место, которое в действительности полностью отвечало моему внутреннему желанию. Так бывает в жизни. И это было чудесно.
 
В Париже, а затем в Риме Шарлотта Рэмплинг знакомится с режиссерами “новой волны”. Она становится в равной степени желанной звездой и у Висконти, и у Аллена. Позирует лучшим фотографам, провокационные снимки с ее участием расходятся на аукционах за огромные деньги. К 30 годам она - предвосхищая образ современных It-girl - икона стиля и моды.
 
Ночной портье
 
Именно в это время ей в руки попадает сценарий фильма “Ночной портье” по мотивам романа Ирвина Шоу.
 
У меня на руках был трехмесячный ребенок, когда Дирк Богарт прислал мне сценарий и попросил “просто его прочитать”... у меня не было ни малейшего понимания того, во что я ввязываюсь, соглашаясь играть в этом фильме.
 
Экранизацию планирует сделать итальянский режиссер Лилиана Кавани, документалист и на то время большой (если не единственный в Италии) знаток военной кинохроники. А в главных ролях Кавани видит пару Шарлотта Рэмплинг - Дирк Богарт (этот дуэт уже опробовал свою магическую силу у соотечественника Лилианы, Висконти).
 
История любовных отношений девушки из концлагеря и ее мучителя спустя 15 лет после окончания войны, - вот основной конфликт фильма. Рэмплинг сыграла бывшую заключенную, которая в мирное время нечаянно встречает одного из офицеров концлагеря, работающего ночным портье в венской гостинице. Роль офицера исполнил Дирк Богарт.
 
Между героями возникает связь, отсылающая зрителя к абсолютно табуированному и совершенно дикому по меркам мирного времени прошлому. Рэмплинг потрясающе тонко раскрыла характер: за внешней сдержанностью и лёгкостью Лючии скрывалась патологическая жажда жертвы, но и в ее жертвенности  была заключена жестокость. В “Ночном портье” впервые с такой силой проявляется известный взгляд актрисы — прямо в камеру, холодящий душу, отрезвляющий и завораживающий одновременно. Жертва со взглядом хищника - именно такой получилась она у Кавани.
 
Дирк Богарт не менее прекрасен в этом дуэте, его хамский и лишенный на первых порах каких-либо эмоциональных нюансов персонаж со временем вдруг обнажается до совершенно некомфортного состояния: неловко и одновременно любопытно смотреть на то, как он, брутальный и властный, вдруг истончается до хрупкой оболочки.
 
Фильм произвел эффект разорвавшейся бомбы: Кавани не ожидала, что её кинозарисовка станет запрещённой в ряде стран Европы, а в США превратится в культовый фильм. Казалось, что критики и зрители сошли с ума - таких обвинений в свой адрес не получал ещё ни один актёр и режиссёр.
 
Интересная сторона творчества в том, что оно не имеет ничего общего с моей настоящей жизнью. Созданные тобой творения исходят от тебя — но ты понятия не имеешь, как и почему. Это отчуждение. Именно эта идея была высказана в “Ночном портье”.
 
Лилиана Кавани понимала свой новый фильм скорее как киноэссе, рассуждение о двойственности человеческой натуры, о крепчайшей связи жертвы и ее мучителя, постоянной смене ролей, о фашизме и истории Европы, о роли войны в каждой конкретной жизни каждой конкретной личности. С момента Второй мировой прошло очень мало времени, свидетели и участники не хотели говорить о войне, а мирное население не хотело слышать грустных воспоминаний. Война как таковая была табу в Европе: о ней ещё не принято было говорить. А люди, прошедшие лагеря и пытки, старались поменьше вспоминать и прятали своё прошлое.
 
Меня неоднократно спрашивали во время съемок фильма, будет ли это политический фильм. Я отвечала: нет. «Ночной портье» не является политическим фильмом в привычном смысле. Я не касаюсь в нем ни известных исторических лиц, ни подлинных исторических событий. Я говорю об условиях существования, о нацизме. Политические фильмы по сути своей свободны от многого: события уже в прошлом, изображаемые персонажи умерли, все это было где-то там, давно, а здесь уже нет — это мы все знаем, никого не надуешь. А мне интересно рассмотреть все оттенки серого. (Лилиана Кавани)
 
Рэмплинг обвиняли в фашизме и женоненавистничестве, в том, что в её лице все женщины превращаются в вещь и жертву; многие задавались вопросом - как могла эта англичанка согласиться играть столь отвратительную роль в таком скандальном фильме? Критические замечания касались уже не напрямую героини и того образа, который актриса создавала в картине, - ругали саму Шарлотту Рэмплинг, что, безусловно, было за гранью профессионализма критиков. Но демонстрировало огромный резонанс: фильм нельзя было игнорировать. Он стал событием мирового масштаба.
 
Я вообще не снимаюсь в фильмах, которые развлекают людей. Я выбираю роли, которые заставляют меня сломать мои собственные барьеры. Стремление поглотить, наказать, унизить или подавить, кажется, лежит в основе человеческой природы, и, безусловно, является зачастую основной сексуальных отношений. Чтобы выяснить, что значит норма, необходимо изучить все странности.
 
Странности человеческой натуры Шарлотта Рэмплинг продолжила весьма последовательно изучать и в своих новых работах 1970-1980-х годов. После успеха “Ночного портье” Рэмплинг стала сниматься не только в Европе, её стали постоянно приглашать на съемки в Голливуде. Так появились один за другим фильмы, в которых она играет с Шоном Коннери (“Зардоз”), Полом Ньюманом (“Вердикт”), Вуди Алленом (“Воспоминания о звездной пыли”).
 
На самом деле, я не могла вот так просто подойти к кому-то и сказать: “Ну что, будете меня снимать? Мне нравится ваша работа”. Это не в моем характере. Поэтому каждый раз, когда кто-то выбирал меня — для меня это было подарком.
 
В конце 1980-х ее слава немного поутихла. Стараясь не сниматься в пустых и проходных картинах, Шарлотта Рэмплинг выкладывалась в сложных авторских лентах. Что не могло не сказаться на психическом состоянии актрисы. 1990-е прошли для нее под знаком жесточайшей депрессии.


Эпоха Озона
 
Шарлотта Рэмплинг называет Франсуа Озона режиссером, который воскресил её: в начале 2000-х он вернул её к работе и дал ей новую творческую жизнь.
 
Я не могла позволить себе веселиться слишком долго по разным причинам. И сейчас происходит вот что: я смогла пройти через это состояние. И чувствую себя счастливой.
 
Озон как раз оставил за плечами десятилетие насилия и секса, юношеской откровенности реализма, эпатажа, дерзкой уверенности в том, что он своими фильмами будет «жечь сердца людей». Соединение новых средств художественной выразительности с эстетикой Вирджинии Вульф привело к появлению на свет одной из лучших любовных драм — «Под песком» (2000). Впрочем, на выборе коллизии новшества не закончились. С просьбой сняться в фильме Озон обратился к Шарлотте Рэмплинг.

В центре сюжета — гибель одного из супругов, проживших 25 счастливых лет вместе. Рэмплинг играет жену, 50-летнюю Мари, которая не хочет верить в смерть мужа. Мрачное отрицание свершившегося факта, депрессия, постоянные галлюцинации становятся лейтмотивом фильма. Постоянные отсылки к «Волнам», роману Вульф, к посмертной записке, голосам, которые слышала Вирджиния и начинает слышать Мари, усложняют композицию картины, превращают ее из истории одной женщины в притчу, обнажая закономерность повторяющихся биографий, жизней, смертей.
 
Это фильм Рэмплинг, и она никогда еще не была более удивительной и более откровенной (San Francisco Chronicle)
 
Шарлотта Рэмплинг как никто другой смогла при внешней невозмутимости передать внутреннюю пустоту и трагедию утраты: ее почти неподвижное лицо, тяжелый взгляд, фигура, как воплощение напряженной скорби и ожидания, на грани с умопомрачением, держат внимание зрителя не хуже хичкоковского саспенса.
 
У меня было такое глубокое чувство внутри меня, сгусток энергии, что если я захочу, я способна совершать невероятные вещи. Я не знаю, что конкретно я хотела делать, это могло быть даже совсем не кино. Как будто зажечь огонь и вдохновить других людей на что-то. Потом в жизни происходит множество вещей, который уничтожают вас, и вы можете потерять эту энергию, но даже когда я была действительно на самом дне, я не растеряла ее.

Участие Рэмплинг в фильме свело на нет необходимость драматической развязки: она сама — сплошь трагедия; а ее история — часть вечной истории любви и потери, внутренней пытки одиночеством, история женщины, всем своим существом зависимой от мужчины.
 
Франсуа Озону теперь можно было не бояться быть глубоким и душевным — вот то главное, что доказал фильм «Под песком». И, пожалуй, еще то, что великие актрисы способны из любого мелодраматического сценария сделать шедевр: за эту роль Рэмплинг (английская актриса) была номинирована на престижную французскую кинопремию Сезар.
 
В 2003 году Рэмплинг и Озон выпускают на экраны психологическую драму “Бассейн”. Шарлотта играет уставшую, чопорную и крайне нелюдимую писательницу Сару Мортон (имя здесь крайне важно: героине Озон дал имя покончившей собой сестры Рэмплинг, которую актриса оплакивала всю свою жизнь).
 
Шарлотта Рэмплинг — лучший повод, хотя далеко не единственный, чтобы посмотреть “Бассейн”, чудную мистерию и красивую чувственную фантазию (Wall Street Journal)
 
Все  происходящее на экране суть воображение Сары, в котором ее молодое альтер-эго (Людивин Санье) бесчинствует и предается сладостным грехам, в то время как Сара в реальности лишь наблюдает за происходящим. Озон снова использовал на 100% известный взгляд Рэмплинг, ее магнетизм, ее харизму и ее удивительную способность молчать и в молчании выражать все эмоции, которые другие актрисы проговаривают на экране или в театре.
 
С Франсуа мы как работали, так и продолжаем: я сыграла в небольшом фрагменте его будущего фильма. Выходит, я снялась уже в четырех его картинах. В общем-то, режиссеры такие же люди, это значит, что все они разные. С кем-то ты становишься настоящими друзьями, а с кем-то просто работаешь.
 
2010-е
 
После нескольких попыток сыграть в голливудском кино (в основном не самых удачных, примером тому может быть второй “Основной инстинкт”, где Рэмплинг пробует себя в роли манипулятора-психотерапевта и любовницы главной героини, Шэрон Стоун) и даже на лондонской сцене Рэмплинг снова возвращается в комфортный для неё европейский кинематограф.
 
2010-е демонстрируют высокую востребованность Шарлотты Рэмплинг в кинолентах самого разного жанра, в первую очередь, конечно, триллерах и психологических детективах. Её продолжают снимать режиссёры - провокаторы. Так, наконец состоялся дуэт Рэмплинг и Ларса фон Триера — с 1990-х актриса и режиссёр мечтали сделать что-то совместное.
 
О-о-о, Ларс. Впервые мы с ним встретились в 1989 году, когда он предложил мне роль в «Европе». Но тогда у меня был контракт с другим режиссером. Так каждый из нас и остался ни с чем, но мы, кажется, хорошенько друг друга запомнили. Я всегда знала, что мы встретимся еще раз и поработаем вместе, потому что во время нашей с ним первой встречи произошло то же, что у меня было с Франсуа Озоном: ты еще совсем не знаешь человека, но понимаешь, что вы с ним говорите на одном языке, чувствуете если не одинаково, то очень-очень похоже… с Ларсом было сложнее, потому что он очень необычный, своеобразный человек.
 
В итоге это вылилось в небольшую роль в “Меланхолии”: Рэмплинг сыграла там роль матери главной героини, объяснив более, чем наглядно, корни меланхолии и ипохондрии персонажа Кирстен Данст.
 
В 2012 году Шарлотта представила на Берлинском кинофестивале проект своего сына, режиссёра Барнаби Саускомба, “Я, Анна”.
 
Первоначально это была очень тяжелая, брутальная история, лишенная тонких психологических нюансов — они там появились позже. Сперва, да, я не хотела в этом участвовать. Но, когда родился подробный сценарий, который стал мне по-настоящему интересен, я согласилась. Для меня всегда самое трудное — принять решение влиться в проект, совершить эдакий прыжок в бездну. Но уж если я подготовилась и прыгнула, то всецело отдаюсь в ведение режиссера.


По мнению критиков, у матери и сына получился один из образцовых нуаров: Саускомб смог до последнего выдержать атмосферу напряженности, показав современный Лондон в его подавляющей притягательности. История пожилой разведенной одинокой женщины, которая ходит в клуб знакомств и периодически устраивает свидания на одну ночь, превращается в историю одного убийства — и наоборот. Рэмплинг продемонстрировала снова мастерство драматической актрисы, а ее привлекательность и шарм словно бы только расцвели с возрастом.
 
Наконец, в 2010-х Рэмплинг неожиданно для себя находит особую прелесть в работе над популярными сериальными проектами. Ее принцип — не играть на потребу публики сохраняется, поскольку перевешивает любопытство и необычный опыт игры “вдолгую”.
 
Один за другим с её участием появляются британские и американские детективные сериалы, где она выступает в роли бывших агентов спецслужб, жён шпионов и психиатров. Самыми удачными из них можно назвать американский культовый сериал “Декстер”, минисерии “Неугомонная” и последнюю работу актрисы в британском сериале “Лондонский шпион”. 
 
Я просто получаю удовольствие. Я рада быть живой, потому что я знаю, что значит чувствовать обратное. И я рада, что молодые режиссеры хотят меня снимать в их чудных картинах.


45 лет


При том, что в паре с Озоном Рэмплинг дважды была номинирована на французскую национальную кинопремию Сезар, она никогда не получала наград от англоговорящих критиков и жюри. Сказывается ее опыт “европейского” отчуждения и страсть к авторскому неанглийскому кино.
 
Тем не менее, в 2015 году с участием Шарлотты Рэмплинг один из “молодых” британских режиссеров, Эндрю Хэй, выпускает экранизацию рассказа Дэвида Константина “В другой стране”.
 
Фильм вышел в прокат под названием “45 лет” — ровно столько прожили вместе супруги, Кэти и Джефф, ровно эту годовщину планируют они отпраздновать через несколько дней, которые показаны зрителям. Однако перед праздником Джефф получает известие, что далеко в горах нашли тело его погибшей 50 лет назад первой любви… Как супруги переживают эту новость, как она влияет на их отношения, которые выдержали испытания временем (и каким!) — об этом и рассказывает драма Хэя.
 
Шарлотта Рэмплинг здесь не просто играет Кэти: зритель видит ее глазами все происходящее. Это ее мысли обретают очертания вещей и разговоров; ее жизнь проносится перед нами; ее муж вот-вот и не выдержит давления; ее страхи и ее тревоги наполняют каждую секунду этой картины.
 
Это фильм исполнен маленьких моментов и едва заметных жестов, которые оставляют очень-очень глубокое впечатление (Time Out London)
 
В этой провокационной (а какой еще?) драме Шарлотта Рэмплинг не пытается быть моложе или красивее, ее фирменный взгляд теряет холодность и властность. Напротив, в камеру смотрит как будто бы самая обычная 70-летняя женщина.
 
Я начала по-настоящему веселиться - я и раньше получала удовольствие от всего этого, но если вы можете радоваться, когда вам больше 60, все становится интереснее… если вам все равно до ваших морщин и прочей ерунды, и вы просто позволяете себе чувствовать себя хорошо - может быть, впервые - потому что наконец-то пришло ваше время 
 
Лента уже собрала призы лучших мировых фестивалей, а Шарлотта Рэмплинг, похоже, станет одной из самых старых обладательниц первого Оскара за исполнение главной роли. В ее случае получить статуэтку - это лишний раз доказать миру, что “после 70 жизнь только начинается”.